Общество   

Ремесло, о котором забывают

Весь в бинтах и прочем перевязочном материале, мой собеседник Виктор кажется мне счастливчиком. Он преодолел операцию на сердце, а мне она только предстоит

Глядя на его седину и сухощавость, я назвал его батей. А потом к своему удивлению узнал, что мы с ним одногодки. Обоим по 67. Видно, крепче мне придётся подружиться с зеркалом.

У вас очень даже молдавская фамилия — Барбиер. Может, кто-то из ваших предков был цирюльником?
 
— Вряд ли. Я родом из Каменки, и в моем роду одни рабочие. Я тоже в начальники не выбился. Сперва выучился на радиомастера, а потом стал строителем.
 
Полагалось бы наоборот — бросить котелец и раствор и податься в радиоремонтники.
 
— Захотелось жить в столице. А для того, чтобы оформить прописку, полагалось два года работать на стройке. Прописку я себе сделал, а на стройке так и остался до самой пенсии.
 
Вы мне напомнили детство и отрочество. 60–70-е годы, когда нас интересовала радиотехника и в городских магазинах, где продавали радиодетали, всегда стояли очереди. За лампами, резисторами, трансформаторами, динамиками…
 
— А я ведь тоже с этого начал. Построил сперва детекторный приемник.
 
Для такого нужны были всего лишь несколько деталей. А вместо источника питания — антенна метров в 200–300.
 
— Мне хватило и 50. Я хорошо рассчитал детали, особенно катушку. И радости не было предела, когда в наушниках загремела музыка. Потом были ламповые приемники, транзисторные. Ну а став ремонтником, я перестал конструировать аппараты.
 
Я помню в нашем городке радиомастера. Зимой и летом он открывал окно мастерской, и оттуда вылетало облако пыли. Это он чистил нутро радиоприемников и телевизоров перед ремонтом.
 
— Так было на первых порах. Потом мы начали использовать пылесосы. Но глотать пыль все равно приходилось. Работы всегда хватало. Особенно перед праздниками. Каждому хотелось под Новый год иметь дома радио или телевизор. Нас торопили, приходилось трудиться и по ночам.
 
В связи с этим вспомнился забавный случай. У нас в Леово телевизоры ловили лучше Румынию, чем Кишинев. Румыны показывали по воскресеньям множество мультиков-сериалов, которые мы видим в наших программах только сейчас. Смотрели все, независимо от национальности. А тут как раз в субботу забарахлил наш телик. Отец вызвал мастера. Тот пришел часов в двенадцать. У отца был отличный самогон, от которого мастер не стал отказываться. Граммов триста оприходовал. А в 14.00 начиналась румынская программа. За полчаса до этого отец попросил мастера заняться аппаратом, на что тот ответил: «У меня принцип. Если я выпью, я в телевизоры не лезу. Чревато! Убить может! Там же такие скрытые напряжения — тысячи вольт!» А увидев, что у отца лицо багровеет, извинился и исчез.
 
— Ну, со мной такого не бывало. Хотя чего греха таить, приходишь домой к заказчику, радиолу или телевизор починишь, а он тебя отводит в другую комнату — там стол накрыт, как в ресторане. И через час так на песню тянет, что телевизор не нужен.
 
В 60-е годы прошлого века стали выпускать так называемые «комбайны». В одной коробке телевизор, радио и проигрыватель, а то и магнитофон. Они себя не оправдали, а радиомастера их ужасно не любили.
 
— А кому было нужно, чтобы все функции в кучу? И разбирать те аппараты было очень сложно. Очень скоро появились кассетные магнитофоны, потом и компактные диски, радиоприемники стали все миниатюрнее, так что старые «шкафы» стали музейной редкостью.
 
Помню, мы в начале каждого месяца стерегли газетный киоск в ожидании журнала «Радио». Мало что мы смыслили и в схемах, и в текстах статей, но иметь тот журнал было прес¬тижно.
 
— Для нас, радиомастеров, это была необходимая публикация. Я получал и читал журнал и позже, когда уже стал строителем. И аппараты чинил, когда мог. Сейчас мало кто обращается к ремонтникам. Радио и телеаппаратуры навалом. Сломаются — выбрасывают и покупают другие. Так что наша профессия уходит в прошлое, как и другая, когда-то очень престижная, профессия киномехаников.
 
Наш городок на берегу Прута так расположен, что в сторону Кишинева — высокий холм. Когда еще не было ретрансляторов, приходилось строить антенны в 20–30 метров высотой. Когда подымали антенну, собиралась вся магала. Потом всей толпой и телевизор смотрели. А на горе стояла воинская часть, где были радары. Когда их включали, экраны телевизоров покрывались гремучей рябью, видимость резко снижалась. Весь город проклинал военных. Но не слишком сильно. Много городских девчонок стали невестами солдат срочной службы, которых отпускали в увольнения. В том числе моя старшая сестра Вероника.
 
— Вот ведь какие воспоминания навеяла моя бывшая профессия! Что ж, в ней была своя романтика. Радиомастер был фигурой, к нему за помощью обращалось и самое высокое начальство. Я бы и сегодня посоветовал пацанам: попробуйте построить детекторный приемник. Нужны лишь конденсатор, резистор, диод, наушники и тонкая проволока для катушки. И вы увидите, как приятно, когда звук идет не из купленного приемника, а из сделанного вашими собственными руками!
 
Ион Мардарь
газета "Коммунист"
  • 21.09.2016
  • 649 просмотров
  • Версия печати
Tweet
0
 

Новости

  • 18:39
    Газета: Первый погибший в Великой Отечественной
  • 17:05
    Газета: «Альманах Бессарабца» рассказывает о яростном сопротивлении чиновников 19-го века соблюдению законов
  • 03:44
    Газета: Шевчук объявил о женитьбе на Нине Штански
  • 14:20
    Газета: Приднестровским автомобилям включили красный свет
  • 14:20
    Газета: Молдова запретила пересекать границу машинам с приднестровскими номерами
  • 03:57
    Газета: Опубликованы материалы рассекреченных документов по лагерям военнопленных

Читаемые

Новости спорта